Почему Россия не Италия

Ольга Бережная

В конце октября фирма Interprint совместно с Ассоциацией предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России провела в Италии семинар по вопросам мебельного дизайна. В поездке приняли участие 26 специалистов мебельной и плитной промышленности из 15 российских компаний. Участники семинара посетили крупнейшую в Италии фирму Fantoni (40% рынка Италии по производству МДФ и 10% — по ДСП) и самое молодое предприятие Interprint в Аффи, чья специализация — разработка декоров и сервисное обслуживание клиентов. С презентациями новых коллекций выступили представители фирмы Interprint и итальянской компании по производству пластиков Abet Laminati. Известные итальянские дизайнеры познакомили участников семинара с перспективными направлениями в мебельном дизайне.

Перед собравшимися выступили также президент Ассоциации мебельных предприятий Италии Роберто Снайдеро и замдиректора Ассоциации предприятий мебельной и деревообрабатывающей промышленности России Андрей Шнабель.

Добавим к этому, что все расходы по пребыванию российской группы в Италии компания Interprint взяла на себя.

Расчет здесь правит бал

Первое предприятие, на которое мы попали в первый же день после приезда, — фирма Fantoni. Когда-то ее владельцы начинали с изготовления мебели. Офисная мебель и сегодня занимает 20% в объемах производства, часть ее даже идет на экспорт, однако этот вид продукции давно не является главным. Основная специализация компании — древесные плиты. Fantoni выпускает 800 тыс. кубометров МДФ и 400 тыс. кубометров ДСП ежегодно. Огромная часть продукции уходит за рубеж. Общий объем продаж — 300 млн. евро.

В фойе на почетном месте — инсталляция из тополя, дуба, бука и эвкалипта. Именно эта древесина используется для производства МДФ. В обделенной лесами Италии тополя для изготовления древесных плит выращивают специально.

Каждые пять лет мы имеем новое дерево, — говорит директор по сбыту фирмы Fantoni Андреа Клеани.

Исходя из экономической целесообразности, сохранено и производство мебели.

— Производить из собственных плит мебель очень выгодно, — замечает г-н Клеани.

Рядом с образцами мебели в демонстрационном зале — полосовой крой ящиков из МДФ для транспортировки фруктов. Судя по всему, товару, который вызвал живейший интерес участников нашей делегации, придается немалое значение. Не только защищенная патентом специальная технология, но и производитель оборудования держатся в секрете.

Далеко не на все вопросы готовы были отвечать хозяева предприятия и во время экскурсии по цехам. Секрет фирмы есть секрет фирмы. Хотя, признаем честно, по части секретности, закрытости наши предприятия дадут фору любой зарубежной компании. Во всяком случае, в цехах Fantoni никто не запрещал фотографировать, осматривать машины. И «завязывать узелки на память».

Видишь, они сначала шлифуют плиты, а потом уже обрезают продольную кромку. В результате — меньше проблем при ламинировании. А мы поступаем наоборот, — делился своими наблюдениями с гендиректором АО «Московский экспериментальный завод ДСП и Д» Валерием Беевым замдиректора АПМДПР Андрей Шнабель.

Я впервые увидела, что кто-то еще, кроме нас, упаковывает плиты в пленку, -говорит Татьяна Медведева, начальник отдела продаж ДСП Сыктывкарского фанерного завода. И добавляет: — Правда, в отличие от Fantoni мы это делаем вручную.

Но самым главным откровением для членов нашей делегации было сообщение о ценах на ДСП от итальянских производителей: в прошлом году плита стоила 65 евро за куб. Услышав эту цифру, кто-то из мебельщиков не выдержал: «Нам бы такие цены!»

Впрочем, последующий комментарий г-на Клеани эмоции несколько охладил:

Во время кризиса мебельщики имеют право на самую низкую цену. Как правило, поставщик сознательно идет на огромные скидки. Но когда ситуация меняется, покупатель должен согласиться с новыми условиями продавца.

Каждому — по потребности

Хотя Fantoni — это прежде всего производство плит, мебель остается важной составляющей производства. Да и главной темой семинара был мебельный дизайн. И потому именно производство мебели было в центре внимания организаторов и участников встречи.

Раньше главным качеством мебели мы считали прочность, — говорит Андреа Клеани. — И все элементы мебели мы оценивали с точки зрения их надежности. Мы высчитывали и сообщали нашим покупателям сколько раз можно открыть и закрыть ящики, дверцы шкафов. Мебель была рассчитана на десятилетия и стоила очень дорого. За последние 30 лет многое изменилось. Сейчас мы не производим «вечные» изделия, мы производим мебель под потребности клиента. Думаю, подобные изменения произойдут и в России.

Что означает «под потребности», мы услышали буквально через несколько минут уже от другого докладчика, известного итальянского дизайнера Анны Ломбарди, специализирующейся в области стратегического дизайна.

Посмотрите на левую картинку, — призывала г-жа Ломбарди. — Вы видите классический интерьер в стиле барокко. Там яркий желтый цвет и множество деталей. А справа — фотография типично японского интерьера. Какой стиль вам ближе? В какой квартире вы бы хотели жить?

А далее следовал логический вывод:

Тот, кто выберет классический интерьер, никогда не купит буковый паркет. А кто предпочитает простую, лаконичную обстановку, никогда не наклеит в квартире желтые обои. При этом стоимость материала, — подчеркивает докладчик, — не способна изменить вкусовых предпочтений покупателей и радикальным образом повлиять на их выбор.

Вряд ли подобное резюме стало большим откровением для российских мебельщиков. О том, что на вкус и цвет товарища нет, в России знали задолго до того, как в Италии стала бурно развиваться мебельная промышленность (кстати, случилось это всего-навсего полвека назад). Но вот о чем в России производители мебели даже не догадываются — это о том, какая часть населения какой именно стиль интерьера предпочитает. В Италии же как раз этот вопрос является главным предметом исследования социологических институтов. Причем постоянно отслеживаются изменения во вкусовых преференциях (а под влиянием средств коммуникации, сферы обслуживания вкусовые «сдвиги» происходят очень быстро). Изучаются точки соприкосновения стилистических предпочтений различных групп потребителей. Четкие графики — результат подобных исследований, тот ориентир, который помогает компаниям выбрать для себя целевую потребительскую группу и с учетом ее пристрастий разрабатывать продукты и предлагать услуги.

Не так давно фирма по производству ламината, желающая повысить эффективность продаж, обратилась ко мне за помощью, — рассказывает Анна Ломбарди. — Прежде они предлагали свой товар совершенно бессистемно. Если кто-то обращался за паркетом, они говорили, да, у нас есть ламинат такой-то и такой-то. После классификации каталога (ламинат различных марок был объединен в группы, исходя из стиля жизни, которому он больше всего соответствовал), уровень продаж существенно повысился.

Завтра начинается вчера

«Импульсы-2004» — под таким лозунгом представляли руководители и дизайнеры Interprint свою новую коллекцию. Не нам первым, как заметил директор по сбыту компании Interprint Дирк Фишер, — подобные встречи уже проходили в этом году с другими заказчиками фирмы. И не только на территории Италии. Буквально за неделю до нашего приезда Элизабет Ценкер, главный дизайнер фирмы Interprint, побывала в Турции, где знакомила клиентов с новыми разработками. А в общем проведение подобных семинаров — обычная практика для Interprint (впрочем, как и для многих других компаний, уделяющих серьезное внимание продвижению своей продукции).

Какие бы интерьеры мы ни рассматривали, тенденции их оформления в 2004 году и перспективы на 2005-й и 2006 годы можно охарактеризовать как контраст, гармонию и тепло, — говорит г-жа Ценкер. — Цвета и декоры для мебели и напольных покрытий могут быть смешаны и скомбинированы таким образом, чтобы они отвечали нашим индивидуальным и личным представлениям.

Российские покупатели — самые независимые. От моды

Так получилось, что в этой поездке я больше всего общалась с Еленой Вязниковой, заместителем начальника конструкторско-технологического отдела Волгодонского комбината древесных плит. Вечерами, после экскурсий на предприятия, докладов и культурной программы, в номере отеля мы обсуждали с ней дела на ее предприятии, проводили параллели и «перпендикуляры» с итальянскими реалиями. Это было тем более интересно, что с тем же Fantoni у Волгодонского комбината немало общего: на крупнейшем российском предприятии также производят и плиты (правда, только ДСП), и мебель, используя половину собственной продукции. И расположен комбинат, как и Fantoni, не в столице, а в регионе. Но насколько же далеки от итальянцев проблемы, которые волнуют мою собеседницу.

— В прошлом году в Санкт-Петербурге организовали двухнедельные курсы повышения квалификации технологов и конструкторов, — делилась наболевшим Елена. — Ездили наши сотрудники, в том числе и молодой специалист из нашего отдела. Вернулась. «Спасибо, — говорит, — Елена Анатольевна, меня там хоть карандашом и ручкой научили рисовать». И показывает записи — мне было стыдно. О компьютере, рассказывает, там понятия не имеют. На таких же примерно курсах я тоже в свое время побывала в Москве. На всю группу один компьютер, за которым мы могли работать по очереди, а читали нам курс из учебника — зачем мне это, я все это в институте проходила. О новых материалах, оборудовании там понятия не имеют. Года два назад взяли к себе на комбинат двух молодых специалистов из Екатеринбурга. У меня пенсионерка в 67 лет самоучкой лучше компьютер освоила, чем эти студенты. Пробовали заказывать разработку моделей дизайнерам. Кончилось тем, что все пришлось самим переделывать. Они безнадежно отстали от современных технологий. Вплоть до того, что многие даже не знают, что такое 32-й шаг. Да и откуда им знать, если двери предприятий для всех посторонних закрыты. А какая база в институтах, тоже всем известно.

Впрочем, отсталость дизайнеров вполне компенсируется полной неразвитостью вкусов населения.

Мы бы давно уже некоторые модели сняли, понимаем, что они устарели, но приезжают к нам, к примеру, покупатели из Дагестана и просят оставить именно их, — говорит Елена.

Похожие проблемы и у других мебельных компаний.

Наши клиенты часто вообще не воспринимают новые веяния, — говорит Сергей Киверин, генеральный директор ОАО «Заречье». — Они живут своими представлениями, своими традициями. Раньше, к примеру, мы делали в больших количествах черную мебель: корпус черный, а фасад древесных декоров. Первой отказалась Москва: «Снимайте, — говорит, — эту серию. Поезд ушел». А клиенты из Кемерова страшно возмутились: нам подавайте только черную — наши покупатели к ней привыкли. Приморье не берет детскую голубого цвета — у нас, мол, и так моря много. Так что приверженность наших клиентов к каким-то цветам сугубо индивидуальная и от моды не зависит.

Да, предпочтения российских покупателей зачастую продиктованы отнюдь не модой. И изменить вкусы покупателя очень трудно. Но значит ли это, что подобные семинары совершенно не нужны и бесполезны? Отнюдь нет.

Тенденции, которые просматриваются в мебельном дизайне, у нас реализуются позже, — говорит тот же Сергей Киверин.

Ну и что? Зато у нас есть время для реализации этих идей. И потом мы все-таки занимаемся массовой мебелью. Да, вкусы у наших покупателей еще наполовину советские, наполовину «продвинутые». Это тоже приходится учитывать. Как и то, что у многих просто нет денег, чтобы купить хорошую мебель. Поэтому просто выбирают то, что подешевле. Но других покупателей у нас нет. Значит, надо работать в этих условиях.

 

Вернуться к списку новостей

Свежий номер

Всероссийский Мебельный Саммит

CIFF Shanghai 2017

Furniture China 2017

BIFE-SIM 2017

Реклама на сайте Как сюда попасть?